Артем Мартынов
Head of strategy
Серия интервью с бордами Admitad Projects. Михаил Горюнов, глава PR-отдела стартап-студии, задает всем главный вопрос: «Как прошел 2020 год?»
Сегодня на вопрос отвечает Артем Мартынов.

Удаленка. С точки зрения работы, я думал, что она будет проклятием, но она стала благословением. Я понял, что мне гораздо лучше работается на удаленке. Сделал кучу вещей, которые не мог сделать до этого. На удаленке для меня работается гораздо лучше, чем в офисе. Я прямо рад.

Другое, тоже про удаленку, но не с точки зрения работы, а с точки зрения семьи.

Это стало источником кучи конфликтов, но из-за этого пришлось впервые по-нормальному познакомиться со своей женой, со своим сыном, с самим собой. Это сделало меня лучше, хотя вначале было страшно и до сих пор часто бывает тяжело. Какие-то банальные фразы, но это так и есть

Это, наверное, две самых главных штуки.

Про конкретные изменения в ADP. Пытался понять, что от меня ожидается, чем я могу помочь ADP. В прошлом году это было легче, потому что я был одним из тех людей, кто руководит инкубатором, было понятно, что мы должны сделать.

В этом году есть Паша, есть Вадим. Зачем я нужен? Но в итоге оказалось, что есть важные штуки, до которых ни у кого не доходят руки.

Увидел, какую реальную пользу могу приносить ADP, и научился это делать. Увидеть мне это удалось весной, а научиться я смог только к октябрю.

И даже получил обратную связь от рынка. До сентября-октября мы сами себе заказы придумывали и сами их выполняли. Сейчас у нас есть поток заказов от проектов и от топов.

Ты в дальнейшем, когда это все закончится, как ты видишь свою работу?

Я не знаю, что именно должно закончиться. Я не думаю, что пандемические штуки закончатся. У меня такое ощущение, что это надолго.

Предположим, что все это закончится в следующее воскресенье. Мы остаемся, как сейчас, но какие-либо ограничения уходят. Типа, нет необходимости сидеть дома, нет ограничений в передвижении и прочее. С учетом того, что ты узнал про удаленку, что изменится у тебя?

Удаленка хорошо сработала для меня и тех, с кем я регулярно работаю. Я работаю с бордом АДП, аналитикой и пиаром: это Москва, Минск, Киев, Ярославль. Все в разных городах, и это ни разу не было проблемой. Удаленка — это, по-моему, хорошо, и я по мере сил буду поддерживать.
Встречаться для какого-то тимбилдинга — это ценно и круто, и это, наверное, то, что я бы начал делать, если бы ограничения все сняли.
Лично для себя классно было бы куда-то, кроме России, съездить. Скучаю по отпуску в Италии. Хотя и про Россию тоже много чего узнал. Никогда еще не видел столько фоток с Алтая, Чукотки и Кавказа. Красиво, захотел побывать там.

Ты имеешь в виду в других лентах?

Да, народ начал ездить. Оказалось, что в России тоже можно красиво отдыхать. Я догадывался, а теперь увидел своими глазами.

Еще мне стало комфортнее с самим с собой. Но кажется, это минимально кого-то интересует.

Я бы поспорил про то, что мало кому интересно, как тебе стало комфортно с самим собой. Есть расхожая фраза «самый главный твой противник — это ты сам». И мне кажется, если бы ты немножко приоткрыл секрет, как происходил процесс знакомства с собой, то это было бы интересно. Что ты в это вкладываешь?

Для меня, в моих отношениях с собой и с семьей пандемия пришла в самый пиздецовый момент. Казалось, что хуже не может быть, а тут еще и это.

Ты имеешь в виду, в твоей жизни?

Да. До этого удавалось легко говорить, что я в семейных делах мало участвую, потому что работаю. Например, мало времени с сыном провожу. Или ругаюсь с женой.

Когда я начал работать из дома, как минимум добавилось два (а на самом деле и больше) часа в день, которые я раньше тратил на дорогу, плюс возможность это все как-то гибко планировать. Пропала проблема "не хватает времени, я на работе".

Стало очевидно: на самом деле все это время не хватало желания. При этом из-за того, что мы в закрытом пространстве (особенно весной, мы тогда в однушке были), было очень тяжело убежать от вопроса самому себе — почему не хватает желания? Это же мой сын, и я его люблю.

Почему я на самом деле не хочу им заниматься, и предпочел бы свалить на работу.

Сколько лет сыну?

Четыре будет.

Был этап претензий к окружающим. Я недоволен тем, что сын то не умеет, это не умеет, мне нужно постоянно этим заниматься. Много претензий к жене. Но довольно быстро стало понятно, опять же, из-за того, что убежать никуда не можешь, стало видно, что большая часть моих аргументов никакой критики не выдерживает. Просто работать легко, а заниматься семьей тяжело.
Потом был этап открытий. Появилась такая категория «хочу», до этого была категория «надо», за которой я прятался, когда говорил "мне надо работать".
В какой-то момент я понял, что это не столько надо, сколько привычка прятаться от семьи на работе.
И я понял, что мне не нравится эта привычка. На самом деле я хочу проводить больше времени с сыном и хочу наладить отношения с женой.
Оказалось, что привычки, которые выработаны годами, очень тяжело ломаются. Они работают на автомате, и я даже не замечаю, в какой момент они срабатывают.

Иду играть с сыном, а через пять минут понимаю, что он играет один, а я сижу в телефоне. И я даже не помню, когда это произошло.

Дальше начался этап наблюдений. Я сейчас на том этапе. Начинаю замечать, в какие моменты срабатывают вредные привычки, и я сам себе становлюсь врагом — делаю какую-то херню вместо того, что я хочу и считаю правильным.
Наблюдать приходится внимательно, как на медитации: ощутите, как воздух щекочет ваши ноздри, потом оказывается в легких, потом обратно.

Вот я так же сижу, наблюдаю, как рука к телефону тянется.

Это такая история противостояния с самим собой и движения к победам над этим. Но победить себя, по моему опыту, невозможно. Можно победить свои откровенно плохие привычки, заменить их на нормальные. С некоторыми мне это уже удалось.

Декабрь. Последняя неделя. Как ты оцениваешь год: скорее бы он закончился, он такой себе, или он классный?
Это год испытаний, которые были для меня полезными. Благодаря этому я сейчас в самой высокой точке своей жизни, с точки зрения радости и возможностей.
Одновременно я из этой точки увидел, сколько у меня вредных привычек и не отданных долгов. Испытываю чувство вины за то, что раньше считал нормальным.
Я считаю, что такие противоположные чувства это нормально. Видимо, жизнь так и работает.

Возвращаясь к году. Год этот был хороший. Я не хочу его подгонять, чтобы он куда-то уходил, и я очень благодарен тому, что все так сложилось.

Возможно, если бы год этот таким п***ецовым не был, я бы и не понял про себя все эти вещи и продолжал бы жить как еб***ко, в каких-то своих привычных ловушках и даже не заметил бы этого.

Если бы взять лист бумаги и написать все, что ты получил за этот год, а с другой — все, что потерял, какой список длиннее окажется, на твой взгляд?

Все хорошее, что получил, и все хорошее, что потерял?

Нет, все, что ты получил, и все, что ты потерял.

Я думаю, что иногда это все, что ты избавился от чего-то лишнего.

Это, мне кажется, нужно записывать в приобретения. Утрата чего-то лишнего и негативного — это приобретение хорошего. У тебя освобождается место для чего-то позитивного.

Короче, что ухудшилось или улучшилось?

Да.

Количественно — очень много плохого. Качественно — случилось несколько хороших вещей, которые настолько важны, что они перевешивают все плохое.

Как мне показалось, тебе этот год, прежде всего, дал личностный рост, который у тебя переходит и в рабочие, и в личные дела.

Год назад я пытался каждый месяц делать полезные посты для продактов, что я понял про бизнес, про АДП и про все такое. Но вместо бизнеса сваливался в личную рефлексию. Кажется, у меня это так работает.